Есть ли пятая колонна в Донецке?

Любителям политических детективов типа авторства Богумила Райнова или военно-приключенческих романов типа «Момента истины» эта главка может показаться слишком простенькой. Что ж, что вижу, о том и пою, пишу то, о чём знаю. Есть даже трагикомическая составляющая в этом. Начнем же с прямого ответа: в прямом смысле, в смысле организации, в тех масштабах, что у нас в Москве и Питере и России, такой пятой колонны нет.


Подавляющее, абсолютное большинство даже гражданских лиц, встречавшихся мне, безусловно за ДНР. Может быть, некоторые из них и по «шкурным» соображениям: «при украх ещё хуже будет», «половину к стенке поставят, а остальных пограбят», «то, что в Иловайске делали, будут делать и с нами», «при наших тяжело, при них будет опасно для жизни»...

Перейду, однако, к конкретным случаям. Как-то сижу я с бойцами, вдруг патруль из трех человек приводит какую-то бабушку – «божий одуванчик». Оказывается, после её появления укры бомбили или обстреливали эту улицу, где, кстати, она сама не живёт. Жители улицы, напуганные усилением обстрелов и подозревающие, что старушка оставляет радиомаячки, сами вызвали патруль. Младший командир, скорее всего дежурный по части, с тревогой спросил у патрульных, «а рапорт составили?» Те озадаченно ответили «нет». «Придётся её отпустить», - подытожил офицер. Те было пытались возмутиться, но он был непреклонен, так как объяснил, что по закону не может в таком случае задержать её более трех часов и, главное, не горит желанием иметь дело с военной прокуратурой. Старушка приободрилась и стала требовать, что бы её оставили на территории части, так как она не знает, как добраться до своего жилья и очень далеко живёт. Тут уж не сдержался командир: «Значит, ты хочешь, что бы и нас разбомбили?» Кстати, оказалось, что она не очень далеко живёт, в результате бойцы получили задание выпроводить её и указать ей направление пути. Я спросил у одного из бойцов, считает ли он её подозрительной? «не только подозрительной, но и, скорее всего, виновной» - ответил тот. Нередко бывает, «подбирают» они такую маразматическую бабульку, обещают ей тысячу или полторы гривен, для неё это очень большие деньги, говорят, что многого от неё не требуется, только незаметно уронить такую-то штуковину в таком-то месте и уйти.

Другой забавный случай был незадолго до нашего выезда из Донецка. Мы хотели взять билет на автобус прямо до Москвы. Близ ЖД вокзала заходим в контору с надписью «пассажирские автоперевозки» и спрашиваем про билет в автобус на Москву двух чернобровых хохлушек. «Как же, есть» - откликнулись они, «с заездом в Краматорск», который на сегодняшний день занят украинской армией, причем, поскольку стрелковцы под ним при отходе из Славянска оказывали героическое сопротивление, а сам город имеет определённое стратегическое значение, то зачистки в нём, как говорят, были основательными. «А там нас СБУ примет!» - воскликнули мы хором. Хохлушки, переглянувшись, стали, в свою очередь, всячески уверять, что «СБУ ещё никого не приняло». «Зачем же тогда оно нужно?» - ответили мы. «Для защиты граждан». Я в один миг вспомнил своё фото вместе со своим другом Колей Депутатом, воевавшим под Краматорском на стороне ДНР, и запечатленным там с пулеметом, так что по украинским законам, я являюсь пособником террористов. Кроме того, мне могут вменить незаконное проникновение на территорию Украины. Мы дружно вышли.

Третий случай произошел на одной из двух автостанций, когда мы брали обратный билет до Ростова. Мы уже спрашивали, а не идёт ли автобус через территорию, контролируемую украми. Женщина в справочной то ли желая блеснуть черным юмором, то ли выразить «фи» москалям, сказала, что он идёт через Мариуполь. Нас это немало озадачило, так как направление на Ростов на восток от Донецка, а на Мариуполь – на юго-запад, то есть в другую сторону. Выяснилось, что такого диковинного автобуса нет, зато ходят автобусы до того же Мариуполя, Краматорска, Славянска... Это всё равно, что в разгар войны Великой Отечественной Войны были бы рейсовые автобусы, скажем, от Сталинграда до оккупированного Киева.

Видели мы так же тетеньку, шедшую по улице в куртке, раскрашенной в желто-голубые цвета украинского флага, причём её навстречу, пока мы шли за ней, попалось несколько пар ополченцев, но они реагировали на неё так же, как и мы, то есть как на очевидную городскую сумасшедшую.

Справедливости ради вкратце скажу, что, скорее даже не пораженческие, но настроения усталости и тоски всё же есть. Так, как-то я повстречался с пожилой женщиной, которая, поняв, что я не ополченец, стала воздыхать: «Когда же наступит мир, всем надоест воевать, нашим тоже». Я на это привёл ей несколько выражений моего друга – оппозиционера о «донецких ватниках», о том, как они-де насилуют и грабят население. «Так это же клевета!» - возмутилась она. « Вы там им правду расскажите, а мы ещё повоюем».

Ещё раз с таким настроением мы встретились у двух средних лет женщин в одном из самых пострадавших Киевском районе, причём сын у одной из них работает в России. Результат разговора примерно тот же, что и первого. Донецк не хочет сдаваться.

Последний забавный случай: Роман Евгеньевич пригласил съездить с ним в Снежный. Там я уже побывал, но почему бы и нет? И вот при всех своих (подозрительных или даже вне темы лиц не было), я болтая с караульным, упомянул об этой поездке. Это услыхал один из его охранников, сказал другому, выразив мне недовольство «разглашением военной тайны» (кстати, там он должен был присутствовать на вполне публичном мероприятии), они эмоционально обсуждали «что-то» с шефом, и тот сказал мне, что он «должен ехать в иное место». Это может показаться анекдотичным, но нельзя забывать, что они в прямом смысле головой отвечают за него.

(Продолжение следует)