31 мая президент России посетит Рогожский духовный центр Русской православной старообрядческой церкви в Москве, где открывается выставка "Сила духа и верность традиции", посвященная вкладу старообрядчества в сохранение культурного наследия. Член комиссии Московского патриархата по делам старообрядных приходов, глава Фонда Григория Богослова Леонид Севастьянов в интервью "Интерфакс-Религия" рассказал об историческом значении этого шага российского лидера.


- Президент Путин сегодня посещает центр и символ старообрядчества, находящийся в Рогожской слободе. Расскажите как он появился.

- Старообрядцы дo Екатерины II были лишены почти всех прав. Их еще задолго до еврейских погромов преследовали, сжигали без суда и следствия, заставляли ходить в общественных местах с особым клеймом на одежде и разрешали селиться только в гетто. Так, при Екатерине им разрешили поселиться в Рогожской слободе при условии, что они будут заниматься похоронами умерших от чумы горожан и жить на этом же кладбище. Так появился центр компактного проживания старообрядцев в районе Pогожской заставы, который очень быстро стал центром всего старообрядчества.

- Какова численность старообрядцев?

- На момент раскола, по нашим данным, две трети населения России стояли на старой вере, и восстание Степана Разина было ни чем другим, как религиозной войной за старую веру, равно как и восстание стрельцов при царице Софье и убийство Петром своего сына были связаны с желанием народа и русской элиты вернуться к старому обряду. Но уже к революции из-за жесточайших гонений староверов оставалось только 20% от населения страны. Учитывая, что старообрядцы были не только идеологами русской буржуазии, но и ее представителями, понятно, почему репрессивная машина Советов сразу же обрушилась на старообрядцев. Старообрядцы-промышленники, кулаки и казачество воспринимались большевиками как классовые враги, поэтому многие старообрядцы были уничтожены в гражданскую, многим пришлось эмигрировать, а многие погибли мученической смертью в застенках ГУЛАГа. По этой причине сейчас мы насчитываем около миллиона старообрядцев, то есть меньше 1% населения России.

- В чем суть старообрядчества? Неужели два перста и немногочисленные обрядовые особенности были важнее единства Русской церкви и самой России?

- Это непосвященному человеку, воспитанному на пропаганде XVIII-XIX веков кажется, что мелкие обрядовые нюансы толкнули старообрядцев в оппозицию новым процессам, начавшимся в России в XVII веке. Для староверов же с XVII века двоеперстие - это знамя, особый символ, опознавательный знак, как, к примеру, звезда у Красной армии. За двоеперстием стоит глубокая идеология. Эту идеологию сформировали Стоглавый Собор и лично царь Иоанн Грозный и святитель Макарий. Она гласит: "Кто не крестится двумя перстами, как и Христос, тот проклят". Что это значит? Да, для современных исследователей такое утверждение кажется странным. Ведь никто не знает, как крестился Христос. Но суть была в другом. Она означает следующее: если мы, наши деды, наши святые крестимся двумя перстами, то в этом истина. Значит, так крестился Христос. То есть здесь провозглашается принцип суверенитета истины.

Нет универсальной культуры. Само понятие Бог русское и не похоже на значение этого слова в греческом или латинском. Для русского человека Бог - это тот, кто богат милостью, в этом истина, которую открыл Бог нам через русское а не греческое слово. То есть общество, которое провозглашает себя хранителем суверенной истины, не подвержено внешним манипуляциям. Если же, как говорил патриарх Никон, истина находится не у нас, а в греческих книгах, то мы становимся совершенно беззащитны идеологически. Любой, кто захочет разрушить наше общество, привезя какую нибудь книжку, сможет заставить нас жить и действовать в рамках и в интересах чужой, а не нашей парадигмы. Так и происходило со времен Петра. Кульминация наступила в 1917 году, когда народу смогли навязать чуждую идеологию Маркса вместо русской идеологии Бердяева, Ильина и Рябушинского только из-за того, что народ уже не относился скептически к любой "истине", приходящей извне русской культуры. Мы ценим до сих пор чужое чужой "продукт", чужой, если хотите, "бренд" и считаем ничего не стоящим свой. В этом был спор и смысл спора. Где хранится истина - у нас, или в Греции, или в Ватикане? Старообрядцы ответили, что у нас, и за этот принцип пошли на костер. Практика показала, что в чисто бытовом измерении подход и принцип старообрядцев более конкурентоспособный, поэтому, например, к 1917 году 70% всей промышленности и капитала Российской империи принадлежало старообрядцам.

- Но сейчас, когда времена поменялись и уже нечего делить, есть ли надежда на воссоединение между старообрядцами и новообрядцами?

- Я полностью согласен, что времена коренным образом изменились. Во-первых, в этом году мы празднуем уже 100-летие восстановления патриаршества, за что боролись старообрядцы в том числе. Во-вторых, сняты проклятия на старые обряды. Русский обряд уже не запрещается, но, наоборот, продвигается в Русской церкви. Митрополит Волоколамский Иларион недавно назвал старый обряд эталоном. А если это эталон, то я уверен, что к нему вернется вся Церковь. Старообрядцы, несмотря на то, что критикуют сохранившуюся моду на греческое, когда святыни, привезенные из греческих земель, являются более популярными, чем, к примеру, мощи великих русских святых, таких как Леонтий и Исаия Ростовские, при этом с большим воодушевлением наблюдают возрождение знаменного пения и древнерусской иконографии. Партесное пение прекрасно слушать в опере, но в Церкви каноническим является знаменное. Плюс общие гонения как против старообрядцев, так и новообрядцев, тоже сблизили нас. Я реально склонен верить в то, что и старообрядцы, и новообрядцы - это единая Церковь и всегда такой была. Мы знаем из истории Церкви, что раннехристианское монашество также развивалось в непривычной для нас форме. Это было оппозиционное движение, и прежде всего по отношению к официальной иерархии. Был даже особый принцип монаха: монах должен был бояться женщины и епископа, то есть избегать их. При этом монахи были не раскольниками, но цветом и солью Церкви.

Здоровая оппозиция необходима даже в Церкви. Давайте воспринимать старообрядчество как 300-летнюю необходимую оппозиционную силу внутри Церкви. Давайте уйдем от средневековых клише. Но, конечно же, и староверы должны подойти к этому процессу более ответственно. Вся история старообрядчества показывает, что, несмотря на жесткую риторику, старообрядчество всегда вращалось "в зоне" Русской церкви. Очень интересно, что это подметил и Серафим Саровский, который тоже молился по старому обряду. Он сказал, что старообрядчество - это лодка, которая всегда была прикреплена к кораблю и никогда не уходила в свободное плавание.

- Как, по-вашему, повлияет визит Владимира Путина в Рогожскую слободу на диалог старообрядцев с Московским патриархатом?

- Повлияет очень положительно! Старообрядцы, веками не доверявшие власти, наконец-то видят, что власть поворачивается к ним лицом, власть перестала не замечать старообрядцев и увидела, что они всегда идеологически были с государством. Старообрядчество невозможно вне России и русской культуры, при этом оно - основа этой культуры. Не случайно первым писателем художественной литературы в России считается протопоп Аввакум. Старообрядцы умирали именно за русскую культуру. Избавившись от недоверия к светским властям, старообрядцы, я уверен, избавятся и от недоверия к властям церковным. Поэтому визит Владимира Путина в Рогожскую слободу - исторический и архиважен прежде всего для консолидации нашего общества.

31 мая 2017 года
Интерфакс-религия