Алексей Васильеч Шишкин
В Москве на Рогожской с 16 по 19 октября 2007 г. прошел очередной Освященный Собор Русской Православной Старообрядческой Церкви. Он оставил после себя сложное и противоречивое впечатление, породил множество комментариев в СМИ и на интернет-форумах.

Чтобы понять то, что произошло на этом Соборе, необходимо осмыслить события, ему предшествующие.



Центральной темой Собора стал очень сложный и богословски неурегулированный вопрос внешних контактов Церкви как с государством, так и с иными конфессиями. Начались такие контакты ещё в советское время, в 60-80 годы XX века. Представители нашей Церкви принимали эпизодическое участие в совместных с другими религиозными конфессиями тогдашнего СССР конференциях «борьбы за мир». Правда, в отличие от Московского патриархата, старообрядцы ни в какие организованные экуменическо-политические структуры типа Всемирного Совета церквей не входили. В связи с условием времени в тогдашнем старообрядчестве отсутствовало канонически-богословская оценка этих контактов, впрочем, как и каких-либо иных проблем современной церковной жизни. А вот богословы независимой тогда от РПЦ МП Зарубежной церкви много писали о том, что такая практика межконфессиональных контактов и «борьбы за мир» носит неправославный и соблазнительный характер, ведётся только в интересах международной политики и пропаганды СССР.

Протоиерей Валерий Шабашов на Соборе 2007 года с пафосом рассказал историю, что в 60-е годы один из священников, о. Павел Морозов, подверг сомнению практику участия архиепископа Иосифа (Моржакова) в конференциях борьбы за мир и на Освященном соборе этот священник был извергнут из сана. Он и его родные не признали справедливым эту меру и пребывали после этого вне общения с Церковью. Что стало причиной такого соборного решения? Некорректность поведения осуждённого священника по отношению к архиепископу? То, что мыслящее традиционно, в категориях начала XX века, духовенство не осознало опасность этой новой нарождающейся экуменической практики? Страх людей, переживших в сталинские времена репрессии, вызвать неудовольствие государственных органов? Эта интересная и по-своему очень актуальная история заслуживает того, что бы о ней узнать и написать поподробнее.

С наступлением в начале 90-х годов XX века религиозной свободы, возможности проповеди и участия в общественной жизни проблема церковно-государственных и межконфессиональных отношений, общественной позиции Церкви стала одной из самых актуальных и сложных.

Церковь должна вступить в диалог с обществом, находящемся в глубоком духовном и нравственном кризисе. С другой стороны, Церковь не может вступать в запрещенное правилами религиозное, молитвенное общение с иноверными, не должна позволить вовлечь себя в политиканство и безответственную пропаганду.

Возникающие в ходе этих контактов вопросы нашим архиереям приходилось решать самостоятельно и не всегда бесспорно. Кроме того, заявления, которые они делали в ходе внешних контактов, являлись всего лишь их личным мнением по причине отсутствия каких-то общецерковных суждений на эти темы, хотя внешним миром эти заявления воспринимались как мнение всей Церкви.

Помочь бы в этой ситуации могли бы организуемые старообрядческой митрополией и епархиями консультации, круглые столы, конференции. На них архиереи, авторитетные священники, знатоки церковных правил, знакомые с современными проблемами христиане-старообрядцы: юристы, госслужащие, журналисты могли бы совместно вырабатывать правильный подход к сложным современным взаимоотношениям с государством и с другими конфессиями. При необходимости эти решения могли бы выноситься на рассмотрение и утверждение Освященных Соборов РПСЦ. Но пока это остается в области пожеланий.


События в Зарубежной Церкви


Сложившееся в советское время межконфессиональное равновесие оказалось нарушенным после объединения в 2007 году Русской Православной Церкви Московского Патриархата и Русской Православной Церкви за рубежом. Оно совершилось при явной заинтересованности государства и в русле государственной политики последних лет – выстраивания вертикалей власти и укрупнения субъектов управления. Сейчас стало ясно, что этот процесс впоследствии затронул и старообрядчество, поэтому есть смысл поговорить об этом поподробнее.

Стали появляться свидетельства, что подготовка к объединению началась задолго до этих событий. Вот что сообщил 25 августа 2007 в своём обращение к пастве не признавший объединение епископ Одесский и Таврический Агафангел: «На Архиерейском Соборе, на котором мне впервые довелось участвовать в 1996 году, обсуждался вопрос о пересмотре Положения о РПЦЗ. На самом же Соборе была образована соответствующая Комиссия, которая ближе к концу работы Собора представила свое Мнение. Во Мнении, под предлогом разбора Положения, говорилось о необходимости расширить диалог с МП от уровня Германской епархии до официального уровня нашей Церкви. Многие из архиереев высказались категорически против этого и все осталось без какой либо реакции Собора на этот документ. Тем не менее, когда я получил папку с протоколами Собора, то увидел это не принятое Мнение приобщенным к соборным деяниям. Я говорил о своем смущении этим фактом митрополиту Виталию, но стареющий Первоиерарх не предал этому значения. Еще более я был удивлен позже, когда в интервью российской газете один из наших архиепископов, возглавлявший упомянутую Комиссию, заявил, что Собор РПЦЗ принял решение расширить диалог с МП и сослался при этом на подложный документ, как на официальное мнение Собора».[1]

Толчок объединению дали личные встречи в 2003 и 2004 году первоиерарха РПЦЗ митрополита Лавра (Шкурла) и президента России Владимира Путина. В частности, во время встречи в Москве 27 мая 2004 года В. Путин сказал митрополиту Лавру: «Для нас процесс сближения двух частей Русской Православной Церкви значит больше, чем решение внутрицерковной проблемы. Это – символ возрождения России и единства русского народа.

Я хотел бы еще раз подчеркнуть нашу позицию: государство ни при каких обстоятельствах и ни в какой форме не намерено вмешиваться в церковную жизнь. Мы не собираемся, исходя из сегодняшней ситуации, как-то влиять на процесс сближения. Но я хочу, чтобы вы знали, что мы готовы сделать все, от нас зависящее, чтобы создать условия для объединения, для возрождения единства Русской Церкви».[2]

Далеко не все среди духовенства и верующих были согласны с таким развитием событий. Причём ими признавалась необходимость русского церковного единства, но они считали, что пока РПЦ МП не исправит порождённые советской эпохой нарушения в церковном учении (например, декларация митрополита Сергия) и не осудит экуменическую практику, объединение невозможно.

Для успокоения несогласных накануне визита митрополита Лавра в Москву с заявлениями выступили некоторые клириков. «Ни о каком объединении РПЦЗ и МП речь не идет и в ближайшие годы идти не может» - заявил 06 апреля 2004 Епископ Симферопольский и Таврический Агафангел (РПЦЗ).[3]«Наше сближение с Московским Патриархатом нельзя называть воссоединением» - заявлял секретарь Германской епархии РПЦЗ протоиерей Николай Артемов.[4]

Это не всем показалось убедительным, и несогласными из числа духовенства и мирян РПЦЗ были написаны и распространялись через СМИ и Интернет открытые письма. Например, открытое письмо протоиерея Стефана Сабельника[5], управляющего делами Запорожской епархии РПЦЗ(Л) архимандрита Иоанна (Зиновьева)[6], и.о. начальника Русской Духовной Миссии РПЦЗ(Л) в Иерусалиме игумена Андроника (Котлярова)[7], от известного публициста и деятеля Зарубежной церкви Михаила Назарова[8], епископа Таврического и Одесского РПЦЗ(Л) Агафангела[9] (да, того самого, который в 2004 году уверял общественность РПЦЗ, что сближение с РПЦ нельзя назвать воссоединением).

Вот некоторые мысли, высказанные в этих письмах.

Протоиерей Стефан Сабельник пишет: «Более полувека сергиане лгали всему миру в угоду Советскому правительству, что никаких гонений на церковь нет. Они лгали и хладнокровно выдавали на смерть "собратьев"- священнослужителей как "врагов народа", мстили исповедникам Истины<…>. К сожалению, многие, в особенности в зарубежье, глядя на блеск заново позолоченных куполов России, просто-напросто не хотят обратить внимание на то, что, несмотря на свободу, ложь и лукавство не прекратили своего существования в Московской Патриархии».

Вот некоторые мысли игумена Андроника: «IV Всезарубежный Собор недвусмысленно подчеркнул, что одним из важнейших препятствий, разделяющим наше единство есть проповедуемый Московской Патриархией – экуменизм, который безусловно относится к разряду наиважнейших вероучительных вопросов.

Руководство Московской Патриархии не пожелало услышать нашего Всезарубежного Соборного голоса, выраженного в Резолюции и отказаться от ереси экуменизма – напротив она стала еще активнее и в июле 2006 г. провела в Москве крупнейший в истории Церкви экуменический шабаш - Всемирный Саммит Религиозных Лидеров. - Только совершенным пренебрежением руководства Московской Патриархии к Соборным Определениям Зарубежной Церкви можно назвать подобные мероприятия.

Вопрос сергианства так же относится к разряду "остающихся неразрешенных церковных вопросов".

Прежде чем пить из колодца – его основательно чистят, и только потом пьют из него воду: тем более необходимо нам удалить духовные нечистоты сергианства и экуменизма, прежде чем мы вкусим сообща Живительную Влагу от единой Чаши».

Михаил Назаров пишет в своем письме: «Позвольте напомнить Вам, что я не противник диалога и сближения. Вы знаете, Владыко, что я изначально участвовал как историк в начавшемся диалоге РПЦЗ и МП (на совместных конференциях в Венгрии и в Москве в 2001 и 2002 гг.) с целью способствовать объединению на основе Истины – как было нам обещано Архиерейским Синодом РПЦЗ в послании от 29.6/12.7.2001. К сожалению, в ходе этого диалога наши представители РПЦЗ постепенно поддались политическому напору структур ОВЦС МП и отказались отстаивать истину, решив за нас от имени нашей Церкви объединяться с МП на ее условиях, "поскольку политику патриарха, – какой он ни есть – поддерживает народ" (было сказано мне секретарем нашей переговорной комиссии).

Но это не совсем так. Известно много коллективных заявлений прихожан и духовенства МП в защиту попираемой истины и с требованиями созыва Поместного Собора для рассмотрения накопившихся проблем.

Вам было направлено из России немало посланий, но все они также остались без ответа».

Примером такого заявления может служить пространное «Обращение к Святому Поместному Собору и всем Христианам Русской Православной Церкви» 13 (26) октября 2006 года,[10]в котором на основании множества фактов подвергается острой критике экуменическая, пастырская и общественная практика современной РПЦ.

Основные мысли этого обращения следующие: «Подытоживая вышеприведенные деяния Патриарха Алексия II (Ридигера), которые мы просим рассмотреть на святом Поместном Соборе, мы заявляем:

  • что он богохульник, еретик, экуменист-вероотступник, исповедующий антихристову ересь жидовствующих и сознательно направляющий свои усилия на установление глобального царства машиаха-антихриста, особенно активно в части антихристовой нумерации и кодификации Православных Христиан. При этом он подпадает под действие следующих церковных Правил: 45 Правила святых Апостолов; 65 Правила святых Апостолов; 70 Правила святых Апостолов; 11 Правила VI Вселенского собора; 37 Правила Лаодикийского Собора, согласно которым он должен быть извержен из сана и отлучен от Церкви;
  • что он отступает от Православного вероучения в отношении к государственному строю и подпадает под соответствующий анафематизм Недели Православия («Помышляющим, яко Православнии Государи...»), а также под анафему Утвержденной грамоты Земского Церковно-Государственного собора 1613 года, за что полагается извержение из сана и отлучение от Церкви;
  • что он за годы своего патриаршества проявил сознательное преступное бездействие в области утверждения Православного вероучения, канонического порядка и нравственности среди членов нашей Поместной Церкви, что повлекло за собой духовное разложение части Православного народа с последующим небывалым его вымиранием. Эти деяния Патриарха подпадают под действие 58 Правила святых Апостолов, и, кроме того, идут вопреки пункта 7а статьи IV Устава нашей Церкви, за что он подлежит извержению из сана».
Почему-то многие старообрядцы стараются избегать какой-то критики вероучения и практики современной РПЦ. Одним из проявлений этого стало упорное стремление на ряде Соборов РПСЦ избежать решений, содержащих богословскую оценку современного новообрядчества. К сожалению, в современном старообрядчестве нет таких книг, как «Блуждающее богословие» Федора Ефимьевича Мельникова. Более того, стали появляться энтузиасты «православного единства». Их романтическое воодушевление связано с очень слабым представлением о действительном состоянии религиозного общества, именующего себя Русская Православная Церковь. Но тут, по слову Евангелия, если замолчат голоса в защиту истинной веры, «то камни возопиют» (Лук.19:40). С обличением многообразных и глубоких отклонений от Православия в своей церкви выступают её чада. Воистину, русский народ ещё духовно не умер, в нём есть люди, «алчущие и жаждущие правды», и, по слову Господню, «они насытятся» (Матф.5:6), то есть со временем смогут познать истину древлеправославия.

Но вернёмся к событиям в Зарубежной Церкви. Несмотря на открытые письма и протесты недовольных, процесс объединения продолжался. «Отвечая на недоумения духовенства, Митрополит Лавр дал понять, что церковная интеграция является "делом государственным", а также твердо заверил клириков: "Не беспокойтесь, мы делаем все по воле Божией на пользу Церкви и русского народа"».[11]

Завершилось всё тем, что 17 мая 2007 года, на праздник Вознесения Господня, в Москве в храме Христа Спасителя патриарх Алексий II и митрополит Лавр подписали Акт о каноническом единстве и, впервые за 90 лет, духовенство совместно отслужило литургию. Объединение стало свершившимся фактом.

Далеко не все из духовенства и мирян признали это. Разрозненные группы несогласных начали делать попытки к объединению, созданию независимой от РПЦ МП иерархии.[12]Средством борьбы с ними сторонники митрополита Лавра и МП выбрали лишения несогласных храмов и церковных домов, в которых проживают священники с семьями, через суд. «Судебное дело, затеянное Синодом РПЦЗ (Л) против матушки Аделаиды Неклюдовой, можно назвать показательным. Оно покажет, смогут ли сохранить свое имущество приходы, отказавшиеся последовать за митрополитом Лавром.<…> Борьба Кремля за души оказавшихся в рассеянии православных включает также борьбу за недвижимость, стоимость которой исчисляется миллионами долларов.<…> За объединением с Москвой не стоял единодушный порыв священников РПЦЗ и их паствы. Из трех с половиной сотен священников РПЦЗ около ста осудили поспешность, с которой Лавр бросился в объятия московского патриарха, хотя тот не выполнил ни одного из его вялых требований: выйти из экуменического Всемирного совета церквей и осудить сергианство.<…> Позиции "диссидентов" будут значительно ослаблены, если они останутся без крова над головой, и можно не сомневаться, что Лавр, его новые начальники и старые коллеги сделают для этого все возможное».[13][14]Под угрозой продажи монастырских зданий и выселение насельниц на улицу оказался не признавший объединение Леснинский женский монастырь во Франции.

Редакция сайта «Современное древлеправославие» дала комментарий под названием «Сергианство и цезарепапизм»[15], в котором сделала попытку с старообрядческой точки зрения осмыслить прошедшее объединение. Вот выдержки из неё.

«С самого начала распада синодальной церкви в 1920-е годы на тихоновцев, живистов, обновленцев, сергиан, непоминающих, иосифовцев, катакомбников и других это явление имело, главным образом, политический, а не религиозный характер. Поэтому, и объединительные процессы происходящие в российском новообрядчестве целиком зависели от политической ситуации и инициативы светской власти.<…> Долгое время представители зарубежного российского новообрядчества обвиняли митрополита Сергия в апологии и проповеди так называемой ереси сергианства, выражавшейся в подчинение диктаторской и богоборческой власти большевиков.<…> Так называемое «сергианство», в истории Церкви более известно как еретическое учение «цезарепапизма». Цезарепапизм провозглашает главенство светской власти (цезаря, императора, генерального секретаря ВКП (Б)) над Церковью<…> В российском новообрядчестве ересь цезарепапизма появилась не в 1927 году, как утверждают некоторые противники митрополита Сергия, а гораздо раньше - в начале XVIII века.<…> Согласно «Духовному регламенту» император становился полновластным правителем церкви.<…> Метастазы цезарепапизма в короткое время проникла во все закоулки новообрядческого религиозного организма.<…> Только после февраля 1917 новообрядчество попыталось отказаться от этой богоборческой ереси.<…> К концу 30-х годов безбожникам не без помощи новообрядных цезарепистов удалось уничтожить почти всех сторонников оздоровления новообрядчества. Учение о подчинении церкви государству, воинствующий красный цезарепапизм вновь стал господствующей ересью.<…> Какое-то время оппозицией этой ереси являлась РПЦЗ. <…> Сегодня<…> её иерархи отказались от борьбы с ересью, и конце концов, после «диалога» с российскими новообрядцами сами приняли её. На них исполнились слова преподобного Максима Грека: «Общение с еретиком подобно общению с прокаженным, и здоровья ему не передашь, и сам заразишься». Митрополит Кирилл (Гундяев) подводя итоги объединения, заявил, что это событие поможет в «сближении» со старообрядчеством. Однако, так ли это на самом деле?

Как показала практика «диалога» РПЦ МП и РПЦЗ российские новолюбцы не собираются отказываться от своих ересей и лжеучений. Ни одно из требований зарубежников, а именно отказ от экуменизма, сергианства (цезарепапизма), восстановление церковной соборности и т. п. не было выполнено. Наоборот, итоги «диалога» продемонстрировали староверцам, что российские новообрядцы не только не намерены отказываться от своих лжеучений, но все больше коснеют в них, стараются распространить смердящую заразу на всех окружающих и «прельстить, если возможно и избранных» (Мф. 24,24) Если российские новообрядцы оказались не в состоянии выполнить те незначительные требования, которые к ним предъявляли представители РПЦЗ, то нельзя и мечтать об их возвращении к святоотеческому церковному учению».


Объединительный процесс и старообрядцы


О том, что существуют планы включения в объединительные процессы и старообрядцев, можно судить на основании следующих фактов.

8 июля 2004 года, после встречи в Москве с президентом В. Путиным, митрополит Лавр на пастырском совещании духовенства заявил: «Президент говорил нам о необходимости привлечь старообрядцев» к процессу объединения Русской Церкви.[16]

6 июня 2006 года первоиерарх Русской Православной Старообрядческой Церкви митрополит Корнилий посетил российское посольство в Киеве и был принят послом РФ в Украине В. С. Черномырдиным. « Виктор Степанович Черномырдин<…>призвал старообрядцев к большему сближению с новообрядческой русской церковью: “Всем нам надо объединяться для противодействия экспансии западных обычаев. Липоване Украины должны иметь более дружеские, более тесные отношения с украинскими православными Московского Патриархата, тогда общественным структурам, которые имеют такую возможность, будет легче оказывать финансовую помощь старообрядческим общинам”»[17].

В этот же день делегация старообрядческого духовенства во главе с митрополитом Корнилием посетила Киево-Печерскую Лавру, где состоялась встреча с Управляющим делами УПЦ архиепископом Митрофаном. В ходе этой встречи митрополитом Корнилием были сделаны знаменитые, впоследствии растиражированные СМИ, заявления о необходимости конструктивных действий для достижения православного единства в условиях инославной экспансии.[18] Причём эти заявления иногда дословно совпадали с прозвучавшими накануне высказываниями В. С. Черномырдина.

Для новообрядной церкви ликвидация на своих условиях возникшего в XVII движения старообрядчества всегда была стратегической задачей, которую, в зависимости от эпохи, пытались решать всеми доступными средствами.

В советское время у РПЦ не было возможности вести какие-то противостарообрядческие действия. Отношения новообрядческого духовенства в первой половине XX века к старообрядчеству описывает Анатолий Свенцицкий, племянник известного новообрядческого священника и писателя Валентина Свенцицкого: «Восьмигранных крестов в Москве на церквях почти не было, так как они считались староверскими и уделом “рогожки”.<…> К старообрядцам относились крайне отрицательно даже и в моё время, что я слышал неоднократно в проповедях, относился отрицательно и к их деятельности и мой дядя о. Валентин Свенцицкий, называя их церковь бытовой, ушедшей лишь в догму и уже, конечно, лишенной всякой каноничности. Для меня очень горько, что сейчас наблюдается увлечение “допетровщиной”».[19]

Отрицательно автор относится и к призывам возрождать «допетровское» унисонное пение, к попытке возрождения традиционной иконописи, называя их «примитивизмом» и «старообрядчеством».[20]

С началом перестройки и с появлением возможности высказываться в церковных СМИ выяснилось, что антистарообрядческие воззрения по-прежнему являются неотъемлемой частью мировоззрения значительной части членов РПЦ. Начала возрождаться и традиционная политика относительно старообрядчества, с поправкой на условия времени: непопулярность прямых гонений и господствующую идеологию толерантности.

Когда же от государственных мужей стали звучать пожелания «православного единства», процесс получил новый мощный импульс.

В основание процесса было положено Решения Собора РПЦ 1971 года.[21] Они были приняты по инициативе видного экумениста, митрополита Никодима (Ротова)[22]и лежат в русле популярных тогда экуменических воззрений. То, что это так, видно из состава присутствующих на Соборе 16 делегаций от не входящих в РПЦ конфессий, что делало его похожим на заседание Всемирного Совета Церквей.[23]

Соборными решениями признавались дониконовские богослужебные книги и обряды равноспасительными с новыми, отменялись клятвы на старый обряд и на придерживающихся его. Эти решения были всего лишь запоздалым ответом на просьбы единоверцев XIX века снять клятвы со старых книг и обрядов и лежали в русле традиционной идеологии единоверия. Ими не признавалась ни вероисповедная правота старообрядцев, ни, например, каноничность Белокриницкой иерархии.

Юбилейный Собор РПЦ 1988 года в специальном обращении «ко всем держащимся старых обрядов православноверующим христианам, не имеющим молитвенного общения с Московским Патриархатом» назвал их «единокровными и единоверными братьями и сестрами» и призвал «все возлюбленные о Господе старообрядческие согласия к братскому диалогу с Московским Патриархатом».[24]

Синод РПЦ 29 декабря 1998 года признал ««важность развития и углубления сотрудничества между РПЦ и Старообрядчеством для укрепления традиционных духовных ценностей и норм жизни нашего общества»[25].

3 июня 1999 года в Отделе Внешних Церковных Сношений РПЦ состоялась встреча председателя ОВЦС митрополита Кирилла (Гундяева) с делегацией Древлеправославной Поморской Церкви Латвии, которую возглавлял представитель Рижской Гребенщиковской Общины Иоанн Миролюбов. По результатам встречи был подписан меморандум, в котором содержались призывы возобновить межцерковный диалог, а так же внутри РПЦ относиться с пониманием к существованию приходов старого обряда.[26] Меморандум был подписан митрополитом Кириллом и Иоанном Миролюбовым.[27]

Результаты этих переговоров были одобрены 18 июля 1999 года на заседании Синода РПЦ. Были добавлены пункты об осуждении насильственных мер преодоления раскола, а так же призывы к издателям религиозной литературы критически подходить к переизданию дореволюционной антистарообрядческой литературы с «некорректной критикой»[28].

Осуждаются не «преодоление раскола» и не «критика» его, а лишь непопулярные ныне насильственные и «некорректные» методы. И меморандум, и решения Синода, и даже Соборное решение 1971 года в первую очередь говорят о единоверии, о его проблемах и о праве существования в составе РПЦ, то есть являются внутренним делом новообрядчества.

Староверы-поморцы подвергли меморандум серьезной и обоснованной критике. «Среди традиционных обменов любезностями, заверений о дружбе и сотрудничестве бросается в глаза пункт первый совместного заявления: "Впредь категорически избегать по отношению друг к другу и к содержащимся в обеих Церквах богослужебным обычаям и обрядам оскорбительных или недоброжелательных выражений". За дипломатически вежливой фразой стоят далеко идущие выводы.

  1. Таким образом староверие ставится на один уровень с никонианством, и все еретические нововведения РПЦ становятся лишь" особенностями" нового обряда, в том числе, к примеру, и обливательное крещение, и троеперстие и т.д.
  2. Под сомнение поставлен весь подвиг пострадавших мучеников за древлее благочестие, а также учение, проповеди и труды отцов и учителей староверия. Исходя из идей "Меморандума", протопоп Аввакум, например, отныне лишь выразитель оскорбительных и недоброжелательных выражений в отношении РПЦ. Отныне еретиков уже нельзя называть еретиками, а отступников – отступниками! Ведь эти понятия можно воспринимать не как определения духовного состояния, а как оскорбление...
  3. При данном "Меморандуме" важнейший вопрос об апостольской преемственности и благодати в РПЦ автоматически переходит в разряд тех же "недоброжелательных выражений" и снимается с повестки дня.
  4. Данное соглашение является, по сути дела, базой для дальнейшей ревизии староверия и трансформации оного в форму единоверия, т.е. оставляет форму, лишая содержания.
Кроме того, обращает внимание использование в преамбуле "Меморандума" цитат из священного Писания о "единстве духа в союзе мира" и "вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою". Слова (апостола Павла и Спасителя) из Писания относились к святым апостолам и их последователям (верным христианам), но не к находящимся в ереси»[29].

Позже, в сентябре 1999 года, в РПСЦ появилась группа сторонников подписания меморандума во главе с о. Леонтием Пименовым, но она не была поддержана ни митрополитом Алимпием (Гусевым), тогдашним первоиерархом РПСЦ, ни большей частью старообрядческой общественности. Митрополит Алимпий назвал наиболее активных сторонников подписания меморандума «никонианствующими»[30].

Определением Синода РПЦ от 19 июля 1999 года была создана комиссия по координации взаимоотношений РПЦ со старообрядчеством, на которую была возложена задача проведения юбилейных торжеств, посвященных 200-летию единоверия.

Торжества эти прошли с 27 ноября по 7 декабря 2000 года в Москве и С.-Петербурге. Они включали в себя молебен по старому обряду в успенском соборе Московского Кремля с участием патриарха Алексия II, Митрополита Кирилла (Гундяева), а так же других иерархов РПЦ и священников и прихожан единоверческих приходов. После службы началась конференция, посвященная юбилею. Активное участие в её деятельности принимал Иоанн Миролюбов.

«Прошедшие недавно празднования 200-летия единоверия были описаны в различных СМИ как примирение старообрядцев с Московской патриархией. Подобное освещение событий вызвало немедленную реакцию со стороны старообрядческой митрополии. На состоявшейся вчера «разъяснительной» пресс-конференции представитель Русской православной старообрядческой церкви Алексей Рябцев заявил, что никакого примирения между церквями не произошло, и более того, на данный момент оно вообще невозможно. Московскую патриархию, как отметил г-н Рябцев, старообрядцы продолжают считать еретической церковью, с которой невозможны даже совместные богослужения. Прошедший же юбилей единоверия не имеет к старообрядческой церкви никакого отношения. Оно, по мнению Алексея Рябцева, является «российским униатством и гнилым конформизмом», созданным для заманивания старообрядцев в РПЦ»[31].

Впрочем, можно ли говорить, что программа реанимации очень малочисленного к концу 80-х годов XX века единоверия не имеет никакого отношения к проектам присоединения старообрядцев? Ведь если будет присоединена к РПЦ какая-то часть староверов, то возрождаемое единоверие и должно стать местом их пребывания.

Впрочем, после этого активная деятельность РПЦ на единоверческо-объединительном фронте приостановилась. Может, это было связано с тем, что единоверие рассматривалось исключительно как инструмент «внешнеполитический». В то же время в самой РПЦ среди какой-то части верующих есть устойчивый интерес к древнерусскому благочестию, иконе, знаменному пению. В этом смысле единоверие как место для ревнителей благочестия РПЦ имеет перспективу[32]. Возможно, что бы не множить число прихожан, которые через единоверие пришли бы к переосмыслению событий церковного раскола XVII века и всего синодального периода, негласно было решено его притормозить. Такой подход традиционен для новообрядческой церкви, в которой единоверие всегда было под подозрением.


«Объединители» из ОВЦС


Новое дыхание объединительные тенденции получили в конце 2004 года, через несколько месяцев после встречи первоиерарха РПЦЗ митрополита Лавра с президентом России В. Путиным, на которой президент выразил мнение о желательности подключения к объединению старообрядцев.

Впрочем, люди осведомлённые считают, что активной политики в этом направлении государство пока не проводит. Большую роль в этих событиях играет личная заинтересованность председателя ОВЦС митрополита Кирилла (Гундяева). Становится актуальным вопрос о том, кто станет патриархом после Алексия II. Митрополит Кирилл, как один из возможных кандидатов на эту должность, желает стяжать лавры «раскола целителя».

На состоявшемся 3-8 октября 2004 года Архиерейском соборе РПЦ было принято Определение, которое провозгласило необходимость диалога со старообрядческими согласиями на основе решений Собора РПЦ 1971 года. Заявлено было развитие добрых отношений со старообрядцами в области заботы о нравственном состоянии общества, духовного, культурного, нравственного, патриотического воспитания, изучения и сохранения исторического и культурного наследия. Для достижения этих целей Синод РПЦ учредил в 2005 году при ОВЦС Комиссию по делам старообрядных приходов и взаимодействию со старообрядчеством.[33]

Сотрудником ОВЦС, консультантом Отдела по вопросам старообрядчества и секретарем Комиссии стал Иоанн Миролюбов. «После ряда беспоповских соборов, осудивших действия Миролюбова, он был отстранен от должности старшего наставника РГСО и перестал считаться духовным наставником поморцев.<…> Сам И.И. Миролюбов переехал в Москву и, присоединившись к в РПЦ МП, стал трудиться в ОВЦС МП у митрополита Кирилла.<…> Иван Иванович <…> стал затем секретарем Комиссии ОВЦС МП по делам старообрядных приходов и по взаимодействию со старообрядчеством. В этот период И. Миролюбов был одержим сразу несколькими идеями. Рассказывали, что он то собирался «оздоровить» РПЦ МП через популяризацию «старого обряда», то создать внутрипатриархийную старообрядное подразделение с епископом во главе, то заняться миссионерством в среде старообрядческих деноминаций.

В 2005 г. он был поставлен митрополитом Кириллом в Смоленске в диакона. Не все получилось так, как виделось Ивану Ивановичу прежде, - поставление совершилось на обычной новообрядческой службе, хотя молитвы поставления читались по дониконовскому служебнику. В 2006 году Миролюбов был рукоположен в священники. По рассказам очевидцев, сегодня он служит как по старому, так и по новому чину»[34].

После активизации объединительного курса регулярно стали проходить различные конференции и мероприятия единоверческой тематики.

Так 13 июля 2005 года в Михайловской слободе прошла юбилейная конференция единоверцев, посвященная 100-летию указа императора Николая II[35]«Об укреплении начал веротерпимости». Конференция проходила под председательством митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия. Среди докладов философских, исторических и посвященных современному состоянию единоверия был доклад И. Миролюбова о концептуальных основах бытия старообрядных приходов в лоне РПЦ.

20 января 2006 года диакону Иоанну Миролюбову исполнилось 50 лет, и на торжественном поздравлении в ОВЦС митрополит Кирилл высоко оценил его жизненный путь «обретения полноты общения с Церковью», поздравил юбиляра с успешным выполнением возложенных на него задач и пожелал успеха в «великом деле восстановления цельности русской духовной традиции».[36]

На XIV Международных Рождественских образовательных чтениях 1 февраля 2006 года дьякон Иоанн Миролюбов в своём выступлении на заседании секции «Старый обряд в жизни РПЦ: прошлое и настоящее» сказал: «Русская нация - это нация, разделенная XVII веком в историческом, традиционном, культурном плане. Русские люди имеют единые истоки. Поэтому необходимо создать комплексный центр при Московском Патриархате по изучению церковной старины, церковной культуры, чтобы старообрядцы не были отчуждены от Русской Православной Церкви».

«Диакон Иоанн Миролюбов в своем докладе «К созданию современной концепции старообрядных приходов Русской Православной Церкви» особо отметил об интересе к старине среди православных приходов<…>где возрождаются знаменный распев, народные костюмы, долгие богослужения. Отец диакон заявил, что старообрядчество не представляет сегодня какой-либо опасности для Русской Православной Церкви, так как оно лишено материальной базы. При этом диакон Иоанн напомнил, какую роль играло старообрядчество в жизни России в 19 веке: «Это был столп существования государства. На 6 - 7 православных приходился один старообрядец. Старообрядцы имели свои заводы, поселения, инфраструктуру». Ведь почти каждому известны имена великих меценатов Морозовых, Рябушинских. В заключении своего доклада диакон Иоанн подчеркнул, что в наше время происходит взаимообщение православных со старообрядцами. В старообрядчество приходят молодые люди, которые не имеют старообрядческих корней, а коренные старообрядцы переходят в лоно Русской Православной Церкви».[37]

Эта же тема звучала на XV Международных Рождественских образовательных чтениях 31 января 2007 года. На них присутствовали представители РПСЦ: духовник митрополита Корнилия о. Леонтий Пименов и сотрудник митрополии Виктор Мосейчук. Доклад дьякона Иоанна Миролюбова был посвящен перспективам развития единоверия, планам увеличения числа единоверческих приходов. Докладчик сообщил, что епархиальным архиереям РПЦ были посланы вопросы, касающиеся единоверия и староверия. Среди них был и такой вопрос: «Происходят ли в епархии массовые, коллективные переходы старообрядцев в РПЦ МП?». Так же на конференции прозвучал неожиданный комплимент диакона Иоанна Миролюбова в адрес первосвятителя РПСЦ «митрополит Корнилий – лучший старообрядческий митрополит в истории, и надо его беречь», причём не очень было понятно, что здесь имеется в виду.[38]

В ходе общественных слушаний «Народное единство. Преодоление разделений XX века», которые проходили 2 декабря 2006 года в центральном выставочном зале «Экспоцентр», среди прочих обсуждалась тема церковного разделения XVII[39]века, его последствия для России и пути преодоления. В обсуждении темы приняли участие со стороны ОВЦС МП митрополит Кирилл и дьякон Иоанн Миролюбов, а со стороны РПСЦ её первосвятитель митрополит Корнилий. В ходе обсуждения темы звучали мысли о необходимости сближения, которое началось в трудных условиях атеистического государства, шагов навстречу друг другу, ведение диалога по спорным вопросам в духе братской(?!) любви, без взаимных упрёков(?!). При соблюдении этого возможно «преодолеть имеющиеся разделения».

Но сближению мешает широко распространённое у старообрядцев представление о еретичности никонианства. «С момента начала контактов между РПСЦ и РПЦ митрополит Кирилл (Гундяев), возглавляющий со стороны РПЦ этот процесс, пытался приуменьшить глубину различий между новообрядцами и старообрядцами. На Международных рождественских чтениях в Москве 24 января 2005 года он заявил, что обряд в русском религиозном сознании всегда был и остается больше, чем просто обрядом. "Это исторический культурный факт", - отметил он. Митрополит Кирилл подчеркнул, вместе с тем, что старообрядцы имеют ту же систему ценностей, исповедуют ту же веру и относятся к той же традиции, что и РПЦ МП. "Нас по сути ничто не разделяет", - считает он. Однако, подчеркнул митрополит Кирилл, в современном старообрядчестве появилась опасная тенденция - "создавать видимость доктринального расхождения с РПЦ". Такие идеи, по его словам, распространяют "младостарообрядцы"»[40].

Кроме того, непосредственному объединению РПЦ и РПСЦ наподобие того, что состоялось с Зарубежной Церковью, мешает непризнание новообрядчеством с середины XIX века белокриницкой иерархии. В те времена это было принято в интересах «полицейского» миссионерства, служило для дискриминации старообрядческого духовенства, давало повод возбуждать против них уголовные дела как против «лжепопов» и «лжеархиереев». Старообрядческими богословами, епископом Арсением Уральским и Федором Мельниковым было написано несколько книг в подтверждении истинности белокриницкой иерархии. Ныне, в начале XXI века, видно, что это непризнание, возможно, носит промыслительный характер. Во всяком случае, оно делает пока невозможным непосредственное объединение РПЦ и РПСЦ.

Но, впрочем, первые шаги по пересмотру этого со стороны РПЦ уже делаются.

Проблема была заявлена на XV Международных Рождественских чтениях 31 января 2007 . «Главным событием секции стал действительно интересный и живой доклад Михаила Анатольевича Тюренкова "Некоторые проблемы диалога со старообрядчеством".<..>Автор<…>живо и порой остроумно проанализировал те проблемы, которые с обеих сторон мешают вожделенному "чаемому единству". <…>В целом корректный доклад, тем не менее, затронул "каноническую небезупречность" РПСЦ (очевидно, имелась ввиду епископская хиротония, единолично совершённая митрополитом Амвросием, хотя подобного рода хиротонии не раз совершались и новообрядцами: например, Иоасафа (Болотова) в XVIII в. в епископы на Аляску и т.д.)». [41]

Более подробно эта тема была рассмотрен на конференции «История и современное положение старообрядчества в Санкт-Петербурге» 19 апреля 2007 года. Там прозвучал доклад «О канонической преемственности митрополита Амвросия», который сделал Е. В. Юферев, аспирант СПБ Государственного Университета. В начале докладчик привёл мнение митрополита Кирилла (Гундяева) о том, что вопрос о канонической преемственности белокриницкой иерархии «остается открытым и ждёт своего исследователя». Доклад отличался научной трезвостью и непредвзятостью подхода к проблеме. В нём отстаивается мысль о каноничности и апостольской преемственности белокриницкой иерархии, причём приводятся все те аргументы, которые обычно приводились старообрядческими богословами по данному вопросу.

Доклад был высоко оценен участвовавшим в конференции настоятелем старообрядческой общины г. Санкт-Петербурга о. Геннадием Чуниным.[42]

Признавая достоинства доклада, хочется заметить, что заинтересованность митрополита Кирилла в пересмотре традиционного для РПЦ отношения к белокриницкой иерархии обусловлена не стремлением к исторической справедливости, а в первую очередь желанием убрать препятствия на пути «к чаемому единству».

А есть ли надежда на такое единство?


Никакого сближения нет


Да, есть клирики и энтузиасты среди верующих в РПЦ, пытающиеся на своих приходах вернутся к уставному богослужению, канонической иконе, знаменному распеву. В Москве таким центром является церковь свт. Николы на Берсеневке. 22 мая 2007 года этот приход праздновал 350-летие своего храма. Среди многочисленных поздравлений в адрес настоятеля игумена Кирилла и общины поступило поздравление от первосвятителя РПСЦ митрополита Корнилия, в котором говорилось: «Высоко ценю Ваш духовный вклад в воссоздание Богослужения по древнему чину, согласно Уставу и канонам Святой Церкви. Очень надеюсь, что остров древнего благочестия, который вы так самоотверженно и трепетно создаёте в своей общине, послужит примером для подражания и для других приходов Русской Православной Церкви».[43]

Но не нужно думать, что интерес части церковной интеллигенции РПЦ к дониконовской церковной старине означает перерождение этой конфессии, её подлинный возврат к дониконовской церковной традиции. «В своем докладе на Архиерейском Соборе РПЦ проходившем 3-8 октября 2004 года митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл отметил: «Что же еще нам предстоит сделать, чтобы достигнуть подлинного примирения со старообрядцами или, во всяком случае, как говорилось выше, пройти свою часть пути? Прежде всего, нам необходимо на деле реализовать вышеуказанные мудрые решения. К сожалению, доныне это не достигнуто, из-за чего братья-старообрядцы порой упрекают нас в неискренней декларативности. Нам говорят, например: если оба обряда и, в особенности, оба способа совершения крестного знамения, давно уже признаны вами равночестными, почему же в учебниках закона Божия, которых в последнее время издано множество, мы не находим указания на возможность двух способов перстосложения - хотя бы мелким шрифтом, в примечании? Почему вами не издается богослужебная литература, печатавшаяся при первых пяти русских патриархах, сборники крюкового пения? Почему в ваших духовных школах можно получить лишь крайне скудные сведения об особенностях богослужения по старому обряду? Почему в беседах с вашим духовенством не редкость услышать предвзятое или некомпетентное мнение о причинах нашего разделения, почерпнутое без всякого критического подхода из полемической литературы столетней давности, а подчас приходится встречаться и с хулой на старые обряды? Почему, несмотря на упомянутое определение Священного Синода, по-прежнему переиздаются и предлагаются в приходских лавках книги и брошюры, в которых нетрудно встретить не только необъективный, но подчас и попросту оскорбительный взгляд на старообрядчество? …Возникает парадоксальная ситуация. Соборы принимают определения считать клятвы на старообрядцев и порицательные выражения о старых русских церковных обрядах «яко не бывшими», а на местах уровень информированности духовенства об этом настолько низок, что «яко не бывшими» становятся сами эти определения».[44]

После небольшого возрождения иконы в XX веке в новообрядчестве вновь стала преобладать реалистическая по манере религиозная живопись.

Когда в 60-е годы XX века известный иконописец РПЦ инокиня Иулиания (Соколова) в Троице Сергиевой Лавре занялась возрождением иконописания, она столкнулась с прямым непониманием. «На протяжении своей жизни матушка Иулиания видела и испытывала то, что было нередким в церковной среде, - непонимание духовной ценности изобразительного языка древней русской иконы. Подчас отдавалось предпочтение живописному изображению. Сейчас даже трудно представить, каким это было испытанием для неё».[45]«Когда Мария Николаевна Соколова пришла в Лавру и сказала, что вот Нестеров- это плохо, а закопченные старые иконы в Троицком соборе – это действительно иконопись, то её встретили в штыки. Появилась масса недоброжелателей.<…>А в целом ещё двадцать лет назад, когда я начинала писать и показывать работы, среди духовенства не было понимания».[46]

Но понимания не стало больше и позднее. «Бывает так, что священнослужители поощряют нецерковные по духу росписи, ибо сами не отличаются должным духовно-культурным уровнем. <...>От почтенных иереев приходится слышать такие сентенции: зачем-де нам вся эта «рублёвщина», нужно чтобы святые выглядели как живые, крепкие да румяные. Других и вовсе привлекает яркость (и хуже - аляповатость) красок, кустарность живописных приёмов. <...>Приходится опасаться, что много смятения внесут в умы воссозданные росписи храма Христа Спасителя в Москве, на которые станут взирать как на указанный сверху образец».[47]

Знаменным пением в РПЦ занимается узкий круг энтузиастов, повсеместно продолжают господствовать многоголосные песнопения XIX века. «Попытка осуществить это (знаменное пение) на практике была предпринята в Издательском отделе Московского Патриархата под руководством архиепископа Волоколамского Питирима (впоследствии митрополита Волоколамского и Юрьевского). По его инициативе в 1983 г. при музыкальной редакции Издательского отдела собралась группа энтузиастов древнерусского пения, и именно из этой первоначальной группы со временем выкристаллизовались два самостоятельных мужских хора, специализирующихся на исполнении знаменных и строчных песнопений. <…>Вскоре по благословению Владыки Питирима пение было перенесено в храм Воскресения Словущего. В этом храме на протяжении трех лет регулярно раз в неделю пропевалась знаменная вечерня, утреня и литургия. Примерно в это же время в Московской Духовной Академии учащиеся, увлеченные идеей восстановления древнерусской певческой системы, также добились разрешения регулярного пения полных знаменных служб.<…> Трудно передать воодушевление, охватившее всех непосредственно участвующих в подготовке и исполнении знаменных служб. Казалось, еще немного и наступит долгожданный исторический момент, когда истина древнерусского богослужебного пения явит себя миру, однако развитие событий пошло по другому руслу. Прежде всего, начало копиться недовольство среди постоянных прихожан — «церковных бабушек». Это недовольство разделялось и частью духовенства, склонного видеть в интересе к древнерусскому богослужебному пению некое необоснованное новаторство и даже церковное диссидентство. Уже одно это создавало вокруг знаменного пения некий нервозный фон, чреватый осложнением человеческих отношений».[48]

Тем не менее, последние годы существовал устойчивый интерес к знаменному пению. Его неустанно пропагандировал энтузиаст древнерусского пенияБорис Кутузов.[49] Создано Общество любителей древнего церковного пения во имя святителя Иова, Патриарха Московского и всея Руси[50], которое проводит регулярные съезды любителей знаменного пения.[51]На них собираются любители знаменного пения, священнослужители и миряне, из епархий Русской Православной Церкви (РПЦ), представители старообрядческих согласий, музыковеды, искусствоведы, филологи, специалисты из Московской и Санкт-Петербургской консерваторий. Тем не менее руководитель Общества любителей знаменного Глеб Печенкин в своем докладе на Рождественских чтениях 2007 года признал, что, несмотря на то, что «количество храмов, практикующих это пение как целостную систему, в настоящее время значительно увеличилось, по сравнению с 90-ми годами XX-го века», приходится признать «неудачу реанимации традиционной певческой культуры, продолжающиеся до настоящего времени». Объясняет он это, среди прочих причин, «встречающейся неграмотностью причта, прихожан в отношении церковного пения, нежелание их что-либо менять в сторону духовно более полезную, приверженность к определённым сложившимся стереотипам и привычкам». «Необходимо, чтобы знаменный распев в РПЦ, часто ошибочно относимый к атрибутам церковного раскола XVII-го века, наконец, вышел из подполья».[52]

Вот как видится ситуация попыток возрождения знаменного пения в РПЦ старообрядцу Глебу Чистякову. «Во-первых, существенно сократилась численность современных "знаменщиков". На заседаниях минувшего III съезда любителей знаменного пения присутствовало не более 30-40 человек. Во-вторых, резко поменялся вектор развития знаменного движения. Если до революции ставился вопрос о качестве знаменного пения, о его соответствии древнерусским традициям, о гармоничном бытовании знаменного пения в единоверческом "старообрядном" богослужении, то сегодня приоритеты иные. Взят курс на создание синтетического пения и эклектичного богослужения. Все последние издания знаменного пения переведены на новые послераскольные тексты и новообрядные чины, в богослужении современных "знаменщиков" причудливо переплетаются самые разные, порой несовместимые богослужебные и музыкальные традиции, языки и стили.<…> Сегодня в большинстве случаев знаменное литургическое пение не является базисом богослужения, а лишь предметом научного изучения. Поэтому и отношение к нему со стороны рядовых верующих и священноначалия (имеются в виду новообрядцы) как к давно забытой экзотике, предмету хобби отдельных чудаков. Нельзя забывать и о прочих элементах православного литургического пространства, таких как молитвенные тексты, форма священнодействий и таинств, особенности церковного Устава и канонические правила. Вместе со знаменным пением они образуют единое целое, земную икону горнего мира, являют собой неслитное и нераздельное присутствие Божие в земной Церкви. К сожалению, часто приходится видеть обратное. Например, в одном храме, регент изучает рукописи пятнадцатого века, реконструирует мелодии древних распевов, но при этом сама служба сокращена до неузнаваемости, знаменными мелодиями распеваются акафисты униатского происхождения, латинская пассия. В другом месте, священник украшает храм древними иконами, заказывает за огромные деньги фрески по мокрой штукатурке в стиле 13 века, но при этом коверкает таинства: обливательно крестит, ополовинивает елеопомазание. В третьем храме решают служить всю службу знаменным распевом, но заменяют текст со старого на новый и даже на русский, а храм обставляют живописными картинами. В таких случаях вряд ли можно говорить о восстановлении полноценного православного литургического чина».[53]

Но сохраняющееся различие взглядов на разные стороны церковной жизни между старообрядцами и новообрядцами не сводится только к иконописанию и церковному пению. По – прежнему противоположно воспринимается такая ключевая фигура церковного раскола XVII века, как патриарх Никон.


Различие во взглядах на патриарха Никона


Традиционное старообрядческое отношение к Никону, ярко выраженное, например, в «Сказании о житии патриарха Никона в лицах»[54], представляет его как фигуру, от рождения избранную силами зла на разрушение христианства и сознательно с ними общавшегося в зрелом возрасте. Отрицательной и разрушительной считали его роль в истории России старообрядческие писатели Ф. Е. Мельников[55], Т. С. Тулупов[56], историк Н. Ф. Каптерев[57], писатель А. И. Солженицын[58]. «Преступной реформой», «великой фальшивкой XVII века» антинациональным деянием считает реформы патриарха Никона наш современник, знаток знаменного пения Б. П. Кутузов.[59]

Но события последних лет показали, что до сих пор существует и другой взгляд на это историческое лицо.

В мае 2005 года исполнилось 400 лет со дня рождения патриарха Никона. С мая 2005 по январь 2007 года в Москве, Саранске и на родине патриарха Никона, в селе Вельдеманово прошла серия мероприятий: выставок, конференций, молебнов, концертов, посвященных юбилею. Причем эти мероприятия проводились на очень высоком уровне, с участием иерархов РПЦ, высокопоставленных чиновников, крупнейших государственных музеев.

«25 мая 2005 года в Мордовском республиканском объединенном краеведческом музее открылась выставка, посвященная Патриарху Никону, а в субботу, 28 мая, в селе Вельдеманово, на родине Патриарха, состоялся большой народный праздник, в котором приняли участие все, кому дорога память Патриарха Никона - представители общественности и государственных структур, ученые, священники - более 500 человек. Первую Божественную Литургию за последние 70 лет в Казанской церкви с. Вельдеманово Нижегородской области возглавил протоиерей Игорь Пономарев, секретарь Нижегородской епархии. Делегацию Саранской епархии в составе пресс-секретаря Саранской епархии игумена Силуана (Туманова) и иеромонаха Вениамина (Кириллова) возглавил ректор Саранского духовного училища протоиерей Александр Пелин. В 11 часов прибыли губернатор Нижегородской области Г.М. Ходарев и епископ Нижегородский и Арзамасский Георгий. Началась церемония освящения поклонного памятного креста от мордовского народа, а затем была отслужена панихида по патриарху Никону. Сослужили Владыке Георгию протоиерей Александр Пелин и секретарь Нижегородской епархии протоиерей Игорь Пономарев. После панихиды выступил Заместитель председателя Правительства Республики Мордовия В.В. Конаков, который возглавлял мордовскую делегацию, после него слово было предоставлено протоиерею Александру Пелину. После выступлений гости праздника проследовали в здание местной школы, где в актовом зале разместилась выставка работ мордовского художника Анатолия Киякина, посвященная деятельности Патриарха Никона, а также книжная выставка, на которой были представлены книги 17 века из фондов Национальной библиотеки РМ им. А.С. Пушкина. Также вниманию гостей была предложена выставка мордовского народного костюма, экспонаты для которой были взяты из фондов МРОКМ. После обеда для жителей села Вельдеманово состоялся концерт государственного ансамбля песни и танца Республики Мордовия "Умарина" и выступление клуба славяно-горицкой борьбы им. св. благоверного князя Александра Невского при МРМОО "Союз православной молодежи Мордовии" под руководством Олега Фомина».[60]

«С 29 сентября 2005 г. по 22 января 2006 г. выставка "Премудрая двоица", посвященная царю Алексею Михайловичу и патриарху Никону. Место проведения: Одностолпная палата Патриаршего дворца. Организаторы выставки: Музеи Московского Кремля, при участи Государственного Исторического музея, Государственной Третьяковской галереи, Государственного Музея изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, Историко-архитектурного и художественного музея "Новый Иерусалим", Российской государственной библиотеки, Российского государственного архива древних актов».[61]«Экспозиция приурочена к юбилеям ее главных героев: ровно четыре века назад родился крестьянский сын Никита Минов, будущий патриарх Никон, и 360 лет назад венчался на царство Алексей Михайлович Романов. Выставка открыта в новом выставочном помещении, что для музеев Московского Кремля – событие особой важности. За последние три года была расчищена и отреставрирована так называемая одностолпная палата Патриаршего дворца. Это особенно отрадно, так как еще совсем недавно в палате располагались общественные уборные. Кстати, Патриарший дворец, в котором открылась экспозиция, был специально построен для патриарха Никона в эпоху правления Алексея Михайловича.

Выставка посвящена 40-м – 50-м годам XVII века, на этот короткий, но очень значительный период русской истории приходятся самые выдающиеся события в биографиях царя и патриарха. Это время характеризуется полным взаимопониманием и успешным взаимодействием светской и церковной власти в разных областях внутренней и внешней политики русского государства. Тогда произошло воссоединение Украины с Россией, а также война с Речью Посполитой, целью которой было возвращение России западнорусских земель.

На выставке представлены уникальные свидетельства эпохи – письма и личные вещи Патриарха и царя, светские и церковные книги, государственные документы. Здесь в частности можно увидеть соборное уложение, свод законов русского государства, составленный при царе Алексее Михайловиче, чин постановления на патриарший престол Никона с поправками царя, письмо патриарха гетману Богдану Хмельницкому с обещанием ходатайствовать перед царем в решении вопроса о воссоединении Украины с Россией.

Кроме того, экспозиция дополнена иконами XV-XVII веков и предметами декоративно-прикладного искусства. Среди них роскошно украшенное оружие и символы светской власти, держава и бармы, специально выполненные для царя Алексея Михайловича, церковные облачения, принадлежавшие патриарху Никону, вклады, то есть дары, которые царь и патриарх вносили в основанные ими монастыри – Иверский, Крестный и Воскресенский.

Эта выставка является одновременно и исторической, и художественной, и позволяет погрузиться в атмосферу эпохи, которая коренным образом повлияла на историю российского государства и русской церкви».[62]

«C 27 по 28 сентября 2005 г. Государственный историко-культурный музей-заповедник «Московский Кремль» проводит научную конференцию «Царь Алексей Михайлович и Патриарх Никон». В ходе конференции на материале философии, литературы, изобразительного искусства предполагается обсудить следующий круг вопросов:
  • Государство и церковь. Взаимодействие светской и церковной власти.
  • Царь Алексей Михайлович и патриарх Никон. Личности и деяния.
  • Церковные реформы. Предыстория и результаты.
  • Россия между Востоком и Западом. Грекофильство и западничество.
  • Культурная среда середины столетия.
Акцент делается на хронологическом периоде с 1640-50-х гг. — времени восшествия на престол царя Алексея Михайловича, восхождения по лестнице церковной иерархии патриарха Никона и важнейших совместных деяний этих крупных исторических деятелей, до 1676 г. — года кончины царя Алексея Михайловича.

Конференция состоится в Кремле в лекционном зале Оружейной палаты»[63].

Одновременно с этим в СМИ стали появляться публикации кандидата философских наук В. В. Шмидта, содержащие в себе безудержные восхваления патриарха Никона и пытающиеся утвердить в общественном сознании его положительный образ как крупнейшего национального и религиозного деятеля. «Одной из ярчайших национальных личностей - пассионариев христианской цивилизации вслед за Константином Великим, Иоанном Златоустом, Патриархом Фотием явился русский Патриарх Никон.<…> С Патриархом Никоном, его стремлением к торжеству Истины в мире дольнем и правоправной славой Горнего в образцах византийской традиции и наследия, уходила великая эпоха возможностей к единству православного мира и стяжанию образа Святой Руси, уходила эпоха воспитания персонифицированной личности в лоне Церкви в законе благодати Христовой и созидания социально-государственной мощи, чему был ярким примером служения и образцом подражания собственно Святейший Патриарх Московский и всея Руси Никон». Среди тех причин, которые, по мнению В. В. Шмидта, помешали великому делу патриарха Никона, был «социальный аутизм значительных групп людей, именующих себя старообрядцами (адекватнее – обрядоверы стоглавого толка)».[64]

Интересно, что в те дни, когда в октябре 2007 года в Москве на Рогожской проходил Освященный Собор РПСЦ, одной из основных тем которого было отношение к новообрядчеству, в популярной среди радикально настроенных верующих РПЦ газете «Русский вестник» появилась посвященная патриарху Никону статья В. В. Шмидта под названием «Исполин духа».[65]

Существуют в РПЦ, особенно среди монахов Ново-Иерусалимского монастыря, и сторонники канонизации патриарха Никона как святого.

Это, проявившееся во время юбилейных торжеств, особое отношение РПЦ к личности патриарха Никона подтверждает полную правоту традиционного среди старообрядцев наименования сторонников новообрядной церкви – «никониане».


Современные антистарообрядческие публикации


То, что высказывания деятелей ОВЦС МП о необходимости диалога и сближения со старообрядчеством без взаимных упрёков разделяется в РПЦ не всеми, стало видно после того, как в именующим себя «православном» журнале «Благодатный огонь» появилась серия статей Натальи Михайловой, посвященных старообрядчеству.[66]Статьи отличаются резким, враждебным и нетерпимым отношением к старообрядчеству, по отношению к которому используются слова «раскол» и «раскольники». В них популярно, современным языком, как бесспорная истина, пересказывается весь круг полемических и пропагандистских утверждений новообрядческих миссионеров XIX века, давно уже опровергнутых церковно-исторической наукой:
  • о позднем и чисто русском происхождение дониконовских церковных обрядов,
  • о наложении клятв собором 1667 года не на старые обряды, а на противников церковной и светской власти,
  • о призывах староверов к бунтам, возмущения и самосожжениям,
  • о языческих, антиобщественных и антисемейных учениях староверов,
  • о самочинности и незаконности белокриницкой иерархии и т. д.
Нужно отметить, что эти публикации появились одновременно с призывами Синода РПЦ к религиозным издательствам критически относиться к переизданию дореволюционной антистарообрядческой литературы с «некорректной» критикой.

В 2007 году священник Даниил Сысоев, к слову, член редакционного совета журнала «Благодатный огонь», в апрельском номере популярного журнала «Русский дом» к 325-летию казни протопопа Аввакума написал статью, повторяющую основные мысли Н. Михайловой, только в более гротескном, выпуклом виде. «14 апреля 1682 года в огне закончил своё земное странствование огненный проповедник антицерковного восстания, призывавший и других к массовым самоубийствам.<…> Что до реальной веры староверов, то православной назвать её нельзя никак.<…> Какое это Древнее Православие? Разве Сергий Радонежский был трибожником? Разве он отвергал св. Причастие? Разве русские святые утверждали, что только в России сохранилась вера? Нет.<…> На самом деле старообрядческий раскол обязан своим существованием еретической деятельности манихея Капитона, хулившего материальный мир и осуждавшего историческую Церковь. Именно идеи Капитона и подвигли первых расколоучителей на бунт против Церкви. <…>Что касается крепких староверческих семей, - то, ведь именно староверы впервые выступили против церковного брака. Ещё Аввакум называл венчавшихся в церкви прелюбодеями. Его последователи утверждали, что лучше блудить, чем повенчаться. И делали это староверы весьма охотно.<…> Неслучайно этнологи, желающие изучить языческие пережитки, едут именно в старообрядческие районы. Дело в том, что там, где было сильно влияние т. н. "никонианской" Церкви (например, в Москве и Подмосковье), почти не осталось ничего связанного с древним демонопоклонством. А в староверческих деревнях вплоть до революции был нормой блуд в день Ивана Купалы, гадания и прочие богопротивные деяния. И это неслучайно! В корнях раскола таилась древняя ересь манихейства, поддерживавшего любой разврат. <…> Утверждение о прирождённом патриотизме старообрядцев верно с точностью до наоборот».[67]

Публикация появилась в то время, когда митрополитом Кириллом (Гундяевым), иереем Иоанном Миролюбовым и ОВЦС МП велась активная «объединительная» деятельность по отношению к старообрядчеству. Её дух и содержание находились в таком противоречии с декларируемыми представителями ОВЦС МП «установлению добрых и доверительных взаимоотношений на основе национально-консолидирующих церковных и общественных контактов, совместных действий в возрождении культурных и духовных традиций» и «стремлению РПЦ и РПСЦ установить добрые отношения, направленные на совместное осмысление и более выверенную оценку причин и последствий раскола», что на это вынужден был обратить внимание в своем послании председателю ОВЦС МП митрополиту Кириллу первоиерарх РПСЦ митрополит Корнилий.[68]

Старообрядческий журнал «Общий дом» (тираж которого, увы, гораздо меньше тиража «Русского дома») так прокомментировал ситуацию: «Большие надежды возлагались на так называемую старообрядную комиссию РПЦ МП. Еще совсем недавно некоторым казалось, что эта комиссия была создана для того, чтобы нести в новообрядную церковь истину о Старой Вере, способствовать оздоровлению никонианства, возврату господствующего исповедания к древлецерковному преданию, возрождению в лоне РПЦ МП канонического церковного строя.

После клеветнической публикации миссионера о. Даниила Сысоева в «Русском Доме» настал момент истины. Казалось: вот сейчас старообрядная комиссия топнет ногой, сейчас патриарх накажет клеветника, сейчас владыки из Отдела Внешних Церковных Связей РПЦ МП проявят твердую позицию. Однако время шло, а ничего не происходило. Старообрядная комиссия как будто воды в рот набрала. Патриарх за «успехи в деле миссионерства» прилюдно наградил священника Д. Сысоева в храме Христа Спасителя золотым наперстным крестом»[69].

Через три месяца на имя митрополита Корнилия в старообрядческую митрополию поступил ответ митрополита Кирилла (Гундяева). В нём митрополит Кирилл сообщил: «По нашему указанию секретарь Комиссии по делам старообрядных приходов и по взаимодействию со старообрядчеством иерей Иоанн Миролюбов встретился с главным редактором журнала А. Н. Крутовым и подробно ознакомил его с позицией Русской Православной Церкви по отношению к старообрядчеству. На встрече было достигнуто полное понимание, которое выразилось в готовности редакции журнала предоставить его страницы для выражения мнения Комиссии о недопустимости впредь публикации материалов, оскорбляющих чувства старообрядцев и игнорирующих соборные определения Русской Православной Церкви».[70]

В июльском номере журнала «Русский дом» за 2007 год, на обложке которого изображены патриарх Алексий II и митрополит Лавр, подписывающие Акт о каноническом единстве, была опубликована статья иерея Иоанна Миролюбова, в которой выражено несогласие с рядом высказываний иерея Даниила Сысоева о старообрядчестве. Статья изобилует декларациями о добрых намерениях. «Принимая к руководству соборные постановления, во многих епархиях, где имеется значительное число старообрядцев, стремятся жить с ними в мире и согласии. Старообрядцы вместе с духовенством РПЦ совершают паломничества, их молодёжь обучается в православных духовных учебных заведениях и т. д. Всё чаще видны теперь представители старообрядцев на значимых церковно-общественных форумах, всё слышнее их голос в общенациональных изданиях»[71]. Одновременно иерей Иоанн Миролюбов с удивительной ловкостью ушёл от разбора клеветнических высказываний Даниила Сысоева по существу. «Ну вот, подумалось, открывая журнал, теперь знаток Старой Веры (отлученный, правда, от поморской церкви) о. Иван поставит все точки над «И», откроет россиянам правду о Старой Вере, просветит блуждающих во тьме немеркнущим огнем древлецерковного благочестия, и главное разберет напраслину, возведенную о. Даниилом Сысоевым на многострадальное старообрядчество. Наконец-то «старообрядная комиссия» устами своего главного секретаря защитит оболганных старообрядцев.

Но не тут то было. Словно ледяной душ звучат слова о. Иоанна: «Разбор статьи священника Даниила Сысоева здесь не уместен. Это вовсе не дело православной Комиссии по старообрядчеству». Невольно задашься вопросом, а для чего тогда нужна такая комиссия?»[72]

В своей статье явно клеветнические утверждения Даниила Сысоева Миролюбов не опровергает, старообрядцев называет «заблуждающимися» и призывает новообрядцев защищать «собственную правоту» «рамках научной корректности». Кроме того, в упрек иерею Даниилу Сысоеву иерей Иоанн Миролюбов ставит то, что он не предъявляет старообрядцам серьезных(?) и справедливых(?) богословских аргументов.

Вольно или невольно Иоанн Миролюбов в этой статье открыл действительное отношение РПЦ МП к старообрядчеству, когда миролюбивые декларации предназначены только для во влечения старообрядцев в РПЦ - шные мероприятия, а в перспективе, в единую церковную жизнь (единоверие). При этом РПЦ не желает ни на йоту менять своё традиционное отношение к староверию и что-либо пересматривать в своей практике послениконовского периода.

«Нетрудно догадаться, кто, по мнению Миролюбова, заблуждающийся, и какова цена правды, которую он так и не смог произнести. После подобных заявлений уже не кажется странным коллаж, помещенный на одной из страниц этого номера «Русского Дома». На нем изображены старообрядцы, покорно шествующие за патриархом РПЦ МП Алексием и митрополитом Лавром, бывшим главой Русской Зарубежной Церкви ныне присоединившейся к Московской Патриархии».[73]

Кроме тех разногласий, которые существовали у староверов и новообрядцев ещё до революции, в XX веке новообрядчество «обогатилось» новыми «учениями различными и чуждыми» (Евр.13:9), которые раньше не существовали или проявлялись незначительно. Например, лжестарчество и лжедуховничество, принявшее массовый характер и наносящее огромный духовный вред доверившимся людям, приводящее к человеческим трагедиям. Проблема приняла столь острый характер, что с осуждением этого явления неоднократно вынуждены были высказываться высшие иерархи РПЦ вплоть до патриарха Алексия II. Нездоровый культ новопрославленных РПЦ святых (например, старицы Матроны Московской), временами начинающий напоминать языческий фетишизм. Учение «царебожников» о «царе-искупителе» Николае II, которому начинают приписывать божественные свойства.


Некоторые итоги


Поэтому справедливыми представляется мнение старообрядцев Т. Широкова и А. Езерова в статье «Конец «диалога»: «Пока же никакой близости позиций между древлеправославием и никонианством не наблюдается. Обливательное крещение продолжает победоносное шествие по епархиям РПЦ МП. Несмотря на призывы отдельных епископов, в частности, Диомида, патриарх Алексий и его свита и слышать не хотят о восстановлении церковной соборности и созыве полноценного Собора. Вместо отказа от ересей экуменизма и сергианства – цезарепапизма, еретичествующие политиканы из ОВЦС РПЦ МП предпочли устроить грандиозный раскол в бывшей зарубежной церкви. Пышным цветом расцветает ересь «царебожничества». По стране идут крестные ходы с иконами «царя-искупителя». (Принц Майкл (Виндзор) Кентский и другие «претенденты» на престол толкутся на задворках МИДа и ОВЦС). Ширится поклонение современным лжепророкам - «старцам». Церковные лавки и «православные» выставки завалены сухариками, освященными в горшочках «старцев», земелькой с могилок «стариц» и прочими фетишами подлинного язычества. О возвращении к древлеправославным чинам и речи не идет. В дореволюционной синодальной церкви бытовало около 600 единоверческих приходов, в которых худо-бедно практиковались дораскольные чины. Сегодня таковых не более десятка. И те поддерживаются с одной целью – держать на мушке старообрядчество. Нет никакого просвета в преподавании. В семинариях и духовных академиях продолжает преподаваться все то же латинско-протестантское блуждающее богословие, а учебники церковной истории и официальные издания переполнены ложью о расколе XVII века».[74]

Итак, какие из всего сказанного можно сделать выводы?

  1. В последние годы осуществляется попытка объединить с РПЦ МП все относящие себя к православию религиозные объединения и юрисдикции, в том числе и старообрядческие.
  2. Первым объединительный процесс был запущен по отношению к РПЦЗ. Это объединение было осуществлено при полном игнорировании существующих богословских и вероучительных разногласий, путём сговора и капитуляции верхушки РПЦЗ. В ходе подготовки объединения истинные цели скрывались от паствы РПЦЗ, в качестве «дымовой завесы» использовались утверждения о «диалоге», «взаимопонимании», «национальных интересах».
  3. После подписания, вопреки воле значительной части верующих РПЦЗ, объединительных документов, на несогласные приходы и монастыри начали оказывать моральное и юридическое давление, запрещая несогласных клириков в служении, отбирая у них через суд храмы и церковное имущество.
  4. Следующей целью объединительного процесса было заявлено старообрядчество, в первую очередь РПСЦ. Для этого при ОВЦС был создан особый Отдел по вопросам старообрядчества и началась серия мероприятий, подобных тем, которые в своё время осуществлялись по отношению к РПЦЗ.
  5. Среди части верующих РПЦ существует интерес к дониконовскому благочестию, иконописанию, знаменному церковному пению. Можно говорить лишь об интересе отдельных, немногочисленных людей, но не об исправлении, оздоровлении новообрядчества в целом.
  6. Нет никакого реального сближения взглядов РПЦ со взглядами старообрядчества. На деле РПЦ как религиозное сообщество не желает осудить реформы и личность патриарха Никона, антистарообрядческие высказывания и действия, принести покаяние за необоснованные гонения на староверов, отказаться от неканонической практики синодального периода.
  7. Миролюбивые высказывания ОВЦС носят демагогический характер и предназначены для усыпления бдительности старообрядцев на время проведения «спецоперации» по образцу объединения с РПЦЗ.
 
 
Шишкин Алексей Васильевич
ноябрь 2007 год

[1] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=56422&topic=515
[2] http://www.sedmitza.ru/index.html?sid=403&did=13695
[3] http://www.portal-credo.ru/site/index.php?act=news&id=20355&topic=236
[4] http://www.portal-credo.ru/site/index.php?act=news&id=20395&topic=236
[5] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=21582&type=view
[6] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=47621&type=view
[7] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=53546&type=view
[8] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=52097&type=view
[9] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=53646&type=view
[10] http://www.rusidea.org/index.php?a=300001
[11] http://www.portal-credo.ru/site/index.php?act=news&type=archive&day=8&month=7&year=2004&id=24116
[12] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=55737&topic=515
[13] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=56399&topic=515
[14] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=56405&topic=515
[15] http://staroobrad.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=212
[16]http://www.portal-credo.ru/site/index.php?act=news&type=archive&day=8&month=7&year=2004&id=24116
[17] Газета «Святые истоки» № 3 июнь 2006 года, издание Киевского городского национально-культурного общества старообрядцев-липован.
[18] http://www.pravoslavye.org.ua/index.php?action=fullinfo&r_type=news&id=11476
[19] Анатолий Свенцицкий. «Они были последними?». М. 1997, стр.163.
[20] Анатолий Свенцицкий. «Они были последними?». М. 1997, стр. 13, 14.
[21] Журнал Московской Патриархии №6 за 1971 год, стр. 5.
[22] Журнал Московской Патриархии №6 за 1971 год, стр. 63.
http://kuraev.ru/index.php?option=com_smf&Itemid=63&topic=32865.msg417377#msg417377
[23]Журнал Московской Патриархии №6 за 1971 год, стр. 18.
[24]Поместный Собор Русской Православной Церкви. Троице-Сергиева Лавра 6-9 июня 1988 года. Материалы. Издание Московской Патриархии1990 год. стр. 59.
[25] http://www.otechestvo.org.ua/main/20058/1107.htm
[26] http://www.otechestvo.org.ua/main/20058/1107.htm
[27] http://www.religare.ru/print27059.htm
[28] http://www.otechestvo.org.ua/main/20058/1107.htm
[29] "Древлеправославный вестник", Москва, 1999, № 2 http://www.religare.ru/print27059.htm
[30] http://www.cofe.ru/blagovest/article.asp?heading=27&article=5428
[31] http://www.vremya.ru/print/4220.html
[32] http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/01/371/81.html
[33] http://www.otechestvo.org.ua/main/20058/1107.htm
[34] http://staroobrad.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=217
[35] http://religion.ng.ru/history/2005-07-13/5_pasynki.html
[36] http://www.mospat.ru/index.php?page=29398
[37] http://pravoslavie.ru/news/060208194623
[38] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=51482&cf=
[39] http://www.mospat.ru/index.php?page=33724
[40] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=37142&type=view
[41] http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=51482&cf=
[42]http://kuraev.ru/index.php?option=com_smf&Itemid=63&topic=32865.msg417377#msg417377
[43] «Берсеневские страницы». Издание приходской общины храма святителя Николы на Берсеневке, г. москва. № 6 (80) октябрь 2007.
[44]http://kuraev.ru/index.php?option=com_smf&Itemid=63&topic=32865.msg417377#msg417377
[45] «Труд иконописца». Монахиня Иулиания (Соколова). Троице-Сергиева Лавра 1995 г.
[46] Журнал «Творчество» № 1, 1991 г. Статья Покровской К. М. «Когда это станет океаном».
[47] «Проблемы современной церковной живописи». М. 1997 г.
[48] В. И. Мартынов. «История богослужебного пения». М. 1994 г, стр. 221-222.
[49] Б. П. Кутузов. «Знаменный распев - поющее богословие». М. 2000 г.
[50] http://www.canto.ru/oldpenie/
[51] http://www.blagovest-info.ru/index.php?ss=2&s=3&id=328&print=1
[52] http://www.prokimen.ru/index.html
[53] http://www.portal-credo.ru/site/print.php?act=monitor&id=6538
[54] «Сказание о житии патриарха Никона в лицах». М. «Третий Рим» 2005 г.
[55] Ф. Е. Мельников. «Краткая история древлеправославной (старообрядческой) Церкви». Барнаул 1999 г.
[56] Т. С. Тулупов. «О разделении Русской Церкви». Самара 2004 г.
[57] Н. Ф. Каптерев. «Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович». М. 1996 г. репринт.
[58] А. И. Солженицын. «Послание Третьему Собору Зарубежной Русской Церкви 1974 г.».
[59] Б. П. Кутузов. «Церковная реформаXVII века как идеологическая диверсия и национальная катастрофа». М. 2003 г.
[60] http://spmm.nm.ru/stat-nikon.htm
[61] http://www.kreml.ru/ru/main/exhibition/?ID=139
[62] http://www.cultradio.ru/doc.html?id=57108&cid=70
[63] http://www.patriarchia.ru/db/text/29215.html
[64] http://drevn2005.narod.ru/schmidt.htm
[65] газета «Русский вестник» № 21 за 2007 год, стр.12.
[66]журнал «Благодатный огонь» № 2 за 1998 год «Церковь и раскол XVII века», № 3 за 1999 год «Божией милостью патриарх», № 4 за 2000 год «Исторические очерки о старообрядчестве».
[67] http://www.russdom.ru/2007/200704i/20070432.shtml
[68] http://www.rpsc.ru/version/modules.php?name=News&file=article&sid=437
[69] Журнал «Общий дом», № 4 (14) за 2007 год, стр. 6.
[70] http://www.rpsc.ru/version/modules.php?name=News&file=article&sid=438
[71] http://www.russdom.ru/2007/200707i/20070733.shtml
[72] Журнал «Общий дом», № 4 (14) за 2007 год, стр. 6.
[73] Журнал "Общий дом", № 4 (14) за 2007 год, стр. 7.
[74] http://staroobrad.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=214