От редакции. Этот материал составлен на основе личных впечатлений нескольких участников освященного Собора РПСЦ 2011 года. Хотя в силу ряда обстоятельств опубликовать его удалось только теперь, но это не снижает его ценность. Более того, определённая дистанция во времени позволяет отойти от "злобы дня" и более отчётливо увидеть тенденции, определяющие ход нашей церковной жизни.


Утверждение повестки Собора

18 октября 2011 года Освященный Собор РПСЦ начал свою работу в Москве, на Рогожском поселке с молебна Пресвятой Троице в Покровском кафедральном старообрядческом соборе, а потом делегаты перешли в недавно отреставрированный храм Рожества Христова и заняли свои места.

Перед началом Собора с докладом выступил первоиерарх РПСЦ митрополит Корнилий.

После этого с места вскочил А. С. Зенцов и закричал, что община г. Миасса  возмущена присутствием на Соборе А. Ю. Рябцева и требует немедленно его вывести, необходимо вообще поставить вопрос о ситуации в Рогожской общине. С места раздались выкрики: «Мы с Рогожской ещё разберёмся».

Так начал свою работу Освященный Собор РПСЦ в 2011 году.

На столах перед соборянами повестки дня не было, и делегаты жаловались, что по приходам её не рассылали. Делегат от Рогожской общины М. Н. Крайнова обратила внимание, что повестка Собора была опубликована только в интернете на неофициальной страничке о. Александра Панкратова, больше её нигде не было. «Насколько эта публикация соответствует действительности?» - спросила она, но никакого ответа не получила.

Вплоть до третьего, завершающего дня Собора повестку так никто не распечатал и не роздал делегатам.
 
О. Леонтий Пименов предложил по ходу Собора корректировать разосланную (кому? узкому кругу «избранных»?) повестку дня. Это было принято по факту, безо всякого голосования.

Говоря о порядке проведения этого Собора, надо отметить, что слова никто не брал, вставали и выступали все желающие и без всякого регламента. Единственным организационным вопросом, который был решён, стало избрание счётчиков голосов. Больше по процедуре решений не было, не было определено, сколько времени представляется на выступление и реплики, хотя на предыдущих Соборах это оговаривалось.

С мест раздавались крики: «Первый вопрос – выгнать Рябцева».

О. Геннадий Чунин заявил: «Рябцева мы будем отлучать, но перед этим его придётся выслушать».

О. Сергий Лисуренко, председатель Мандатной комиссии, сообщил, что к этому времени зарегистрировано 156 делегатов, из них 87 епископов и священников, 7 дьяконов и 62 мирянина. Среди делегатов от мирян были женщины.

Для ведения Собора избрали трёх ведущих - в первый день Собор вёл о. Геннадий Чунин, во второй день – о. Никола Думнов, в третий – о. Александр Маслов.

Только  во второй половине первого дня, в 1815 Собор начал рассматривать вопросы по существу.

Проголосовали из повестки дня убрать вопрос об информационно-издательской деятельности, но потом, на второй день Собора его стали обсуждать безо всякого голосования, после реплики о. Леонтия Пименова.

О. Вячеслав Зобнин потребовал включить в повестку Собора вопрос о безобразном положении дел в Рогожской общине, избравшей недостойных делегатов. Он также потребовал рассмотреть на Соборе вопрос о несоответствии занимаемой должности о. Виктора Жельцова и принятие кардинальных мер к Рогожской общине. Это было высказано не просто эмоционально, но с криком.

Один из делегатов возразил: «Откуда община г. Миасса имеет информацию о положении дел в Рогожской общине? Это частный вопрос, и предлагаю его в повестку дня не включать».

О. Вячеслав Зобнин: «Мы берём информацию из интернета».

Проголосовали за то, чтобы вопрос рассмотреть.

С предложением включить в повестку дня вопрос об электронных документах выступила Е. И. Барсукова, делегат из Костромы.

С небольшим перевесом голосов вопрос был принят к рассмотрению.

Е. И. Барсукова попросила привлечь для доклада эксперта по вопросам электронной идентификации – не члена нашей Церкви, но вполне компетентного человека - Цареву Галину Ивановну, председателя Координационного Комитета против внедрения УЭК, кандидата философских наук, режиссера известных фильмов: «Эра технотронной диктатуры», «Россия с молотка» и многих других документальных фильмов, раскрывающих нам «знамения времени».

Ей отказали, мотивируя это тем, что на Собор нельзя привлекать для выступления внешних, хотя на Собор РПСЦ 2009 года был приглашен и выступил с обширным докладом современный проповедник "теории трезвости" В. Г. Жданов, который не является верующим РПСЦ, в то же время даже в РПЦ МП считается сектантом и неправославным.

Особенностью этого Собора было то, что на нём никакие организационные вопросы не голосовались, а принимались как решённые каким-то кругом лиц.

О. Иоанн Гусев предложил, на основании писем от нескольких приходов, включить в повестку дня вопрос об отлучении от Церкви чтеца Леонида Севастианова как фактического никонианина и униата и об извержении из сана священноинока Симеона Дурасова и архидиакона Варнавы (Страхова) за нарушение иноческих обетов. Это предложение даже не ставили на голосование. О. Леонтий Пименов заявил, что это вопрос не для рассмотрения на Освященном Соборе и что его рассмотрит Архиерейский Собор.

После этого приступили к рассмотрению вопросов, предложенных на Собор.


Выдвижение кандидатов в епископы

Первым заслушали вопрос о кандидатах в епископы. 
 
Были предложены священноинок Евагрий, сващеннодиакон Вавила, священноиерей Виктор Костромин из с. Покровка (Молдавия) и о. Евфимий Кузьмин (Украина). Так же среди кандидатов был назван о. Василий из Тирасполя, который известен странными взглядами, например, что перед венчанием необходимо миропомазание. У одного из предложенных кандидатов дети не ходят молиться в храм.

Мнения выступающих по поводу кандидатов в епископы разделились. Одни говорили, что надо ставить этих, других кандидатов нет. Другие заявляли, что нельзя же ставить в епископы кого угодно. Наиболее достойное впечатление оставил о. Виктор Костромин, но никакого решения по кандидатам в епископы принято не было.


Обсуждение так называемой «новой пасхалии», А. Ю. Рябцева и его последователей

Вторым рассматривался вопрос об А. Ю. Рябцеве и о новопасхалистах.

О. Геннадий Чунин напомнил, что согласно постановлению Совета Митрополии РПСЦ от 4-5 августа 2011 г., «за изменение даты празднования Пасхи, нарушающее Священное Предание Церкви, и раздорнические действия, выразившиеся в праздновании Пасхи в иное от Церкви время, признать А. Ю. Рябцева достойным отлучения от Церкви, согласно 1 правилу Антиохийского Собора и 5, 6 правилам Гангрского Собора; вопрос о вынесении прещения А. Ю. Рябцеву рассмотреть на Освященном Соборе». «Но перед тем, как принять такое решение, - сказал о. Геннадий, - мы вынуждены Рябцева заслушать». С места стали раздаваться выкрики: «не хотим слушать, мы не понимаем этих расчётов, как ты мог отделиться в праздновании Пасхи от Церкви?»

А. Ю. Рябцев пытался объяснять свою позицию о необходимости исправления пасхалии. На вопрос «почему молились Пасху в иное время, чем вся Церковь?» ответил: «Я не могу праздновать Пасху вместе с иудеями».

Ни о. Александр Панкратов, ни дьякон Валерий Тимофеев, которые перед Собором вели в интернете активную и аргументированную полемику с идеями Рябцева, на самом Соборе практически не высказывались. Активно выступала против А. Ю. Рябцева миасская делегация во главе со своим священником – о. Вячеславом Зобнином, причём складывалось впечатление, что о. Вячеслав пристрастен, испытывает по отношению к Рябцеву какую-то личную вражду.

А. В. Муравьев, историк и специалист-византолог,  ставил под сомнение точность тех переводов, на которые ссылался А. Ю. Рябцев.

Теоретические споры ни к чему не привели, обе стороны ссылались на разные цитаты из Священного Писания и Святых Отцов. С места раздавались выкрики: «для него нет авторитетов», «он праздновал отдельно, его надо отлучить», «он сам себя фактически отлучил от Церкви». О. Леонтий Пименов заявил: «Алексей Рябцев возвысился в своей гордыне выше всех».

В защиту Рябцева звучали следующие высказывания: «хотя празднование Пасхи в иное время, чем вся Церковь, нельзя одобрить, следует так же принять во внимание смягчающее вину обстоятельства – его многолетнее служение Церкви. Надо не отлучать, а наложить иное прещение. В случае отлучения от Церкви он совсем погибнет».

С предложением смягчить меру наказания выступали многие священники и миряне. Прозвучало конкретное предложение – А. Ю. Рябцеву, чтобы не быть отлучённым, принести покаяние за самовольное празднование Пасхи в иное время, чем вся Церковь. Но фактически такую возможность ему не предоставили, общий настрой соборян – отлучить.

А. Ю. Рябцеву было предоставлено последнее слово. Ему был задан вопрос: «Почему ты праздновал Пасху отдельно?».
 
А. Ю. Рябцев сказал: «Приношу извинение перед Собором за то, что моя скромная персона отняла столько времени. Пасху я праздновал отдельно потому, что не мог нарушить апостольские правила. К сожалению, сегодня я не услышал ничего, что могло бы меня переубедить. Я спорил в интернете с отдельными представителями нашей Церкви, а епископы и влиятельное священство официально не дали никакого ответа и даже не прочитали мои материалы».

Вопрос был поставлен на голосование. Большинством голосов А. Ю. Рябцев был отлучён от Церкви за конкретное деяние - празднование Пасхи в иное время, чем вся Церковь.

Кроме А. Ю. Рябцева были отлучены от Церкви те его последователи, которые вместе с ним молились в 2011 году Пасху в Крыму в иное время, чем вся Церковь. По некоторым сведениям, их было около 20 человек, но точное количество неизвестно. Персонально были отлучены С. Аветян и И. Будкина, имена остальных «новопасхалистов» Собору были неизвестны. Но высказывалось убеждение, что «они идейные, сами уйдут».
 
Следует обратить внимание, что на Соборе относительно самого учения «новопасхалистов» не только не было вынесено какого-либо суждения, но оно по существу и не рассматривалось. Звучали реплики «Мы не в состоянии об этом говорить».

А. Ю. Рябцев вышел с Собора и после его окончания на улице подошёл к нескольким известным священникам, попросил у них прощения в том, что занял так много соборного времени, роздал им брошюры с изложением своего учения и попросил с ними ознакомиться.

О. Евгения Чунин высказал убеждённость, что кроме Рябцева надо непременно персонально отлучить от Церкви и всех, кто праздновал с ним вместе.

На этом работа Собор в первый день окончилась.